«плодородной землею силен регион…»

Н.П.Киселев Часть 1.

Об авторе: Лауреат Государственной премии РФ в области науки и техники Николай Петрович Киселев – личность поистине знаковая в истории вятского земледелия последних десятилетий. Его жизненная позиция принципиальна, решения – тверды, а методы их осуществления продуманны, гибки и целенаправленны. Когда в 1992 году в знак протеста против лишения Советов реальной власти Н.П.Киселев подал в отставку с поста председателя областного Совета народных депутатов, то далеко не все оценили по достоинству этот шаг. Но сама жизнь доказала его правоту, когда созданная им в том же году ассоциация научно-производственных систем, предприятий и хозяйств «Аэлита» при Зональном НИИСХ Северо-Востока имени Н.В.Рудницкого, работая в условиях насильственного развала сельского хозяйства страны, помогла сохранить плодородие сотен тысяч гектаров пахотных земель в 10 регионах России, развить кормовую базу для животноводства.

В 1999 году Н.П.Киселев был избран депутатом Государственной Думы, где работал заместителем Председателя Комитета по экономической политике и предпринимательству. Как заместитель руководителя Агропромышленной депутатской группы активно участвовал в подготовке нескольких десятков законопроектов, в которых были четко изложены позиции аграриев по выводу сельского хозяйства России и ее регионов из кризиса. Он и сегодня твердо убежден, что в сохранении плодородия земель, прежде всего, должна быть заинтересована власть. «Чем больше земли мы обрабатываем, тем больше у народа доверия к обеим ветвям власти - законодательной и исполнительной», - считает автор данного материала. Ему – слово.

Уважаемый читатель!

Мы с вами прожили уже первое десятилетие в новом XXI веке – веке стремительном и бескомпромиссном, веке смелых идей и амбициозных задач, веке инновационных открытий и высоких технологий. Зададимся вопросом, а с чем мы пришли в него, в этот новый век, с каким багажом за плечами? Смогли донести его до нового поколения земледельцев, крестьян, или, может быть, представителей аграрного бизнеса, как теперь принято говорить?

Люди моего поколения, родившиеся до войны, повидали немало систем земледелия и растениеводства: мы застали и «торфо-перегнойные горшочки», пережили увлечение пропашной системой, осваивали интенсивные технологии, занимались кукурузой, кормовыми бобами, сахарной свеклой и т. д. Но всегда понимали, что есть некая основа основ земледелия сурового северного края, всей нечерноземной зоны России.

«Только насыщение почвы органическим веществом, при правильной ее обработке, может создать среду, на которой растения любой культуры и в течение ряда лет будут пользоваться благоприятными условиями влажности, аэрации и питательного режима, то есть теми именно условиями, которые прежде всего необходимы для получения высоких урожаев. Кроме того, на такой среде, на такой окультуренной почве применение всех других агротехнических приемов, в том числе и внесение минеральных удобрений, будет более эффективно. Следовательно, насыщение почвы органическим веществом и есть именно та основа, на которой только и можно построить земледелие с высокими и устойчивыми урожаями».

(Надо отметить, основой, фундаментом нашего северного земледелия был всегда навоз, который накапливался на фермах в течение года, - крупный рогатый скот, лошади, овцы и козы стояли на глубокой подстилке. И после весенней посевной, до сенокоса, навоз вывозили на паровые поля под озимую рожь. Только после Великой Отечественной войны, когда скот был поставлен на твердый пол, и усилился отток рабочей силы из деревни в город, появились проблемы «навозоудаления», а не «навозонакопления». В 60-80-х годах прошлого века в дополнение к бесподстилочному навозу вместе с химизацией сельского хозяйства на поля «пришел» торф. Таким образом, в нашей области в среднем вносили до 12-14 млн. тонн органики в год).

Приведенная выше цитата - из выступления академика Н.В.Рудницкого на областном совещании работников сельского хозяйства в первом послевоенном году – весной 1946-го. В ней содержится практическое руководство к действию, которое сегодня как никогда актуально для земледельцев области да и всего Нечерноземья.

У истоков современного клеверосеяния

В 80-е годы прошлого столетия на правительственном уровне было принято важнейшее решение о создании научно-производственных и производственных систем (НПС и ПС), как промежуточных звеньев между аграрной наукой и сельскими товаропроизводителями. В силу крестьянского консерватизма достижения науки до той поры внедрялись лишь в передовых хозяйствах (колхозах и совхозах), о массовом их внедрении говорить не приходилось. Таким образом, была предпринята серьезная попытка вывести наше сельхозпроизводство на уровень мировых технологий.

Поэтому организацию и создание НПС и ПС (в те годы только в Кировской области их появилось более 20) можно по праву назвать велением времени. Это, к примеру, система «Лен» под руководством селекционера, профессора С.Ф.Тихвинского и дважды Героя Социалистического Труда председателя Котельничского колхоза «Путь Ленина» А.Д.Червякова.

Две системы при горисполкоме в г.Кирове (В.В.Кузьминский и Л.Г.Гаренских) и НПО «Луч» (В.И.Тиунова) занимались вопросами производства семенного и товарного картофеля. Работали система «Кукуруза» и система по производству семян рапса. В области животноводства благодаря серьезным внедренческим подходам уже в первые годы были достигнуты высокие результаты в свиноводческом хозяйстве «Дороничи», которым руководил А.П.Логинов, он же возглавлял НПС «Свинина». Наработанный опыт успешно перенимался в десятках хозяйств области, где производилась свинина. Причем, кировчане опирались на научные разработки не только российских НИИ, но институтов и лучших сельхозпредприятий Прибалтики.

В условиях межхозяйственной кооперации работала система «Говядина», когда на базе мясосовхоза в городе Слободском на откорме находилось порядка 6000 голов скота из 6 северных районов.

На базе пригородного совхоза «Имени 50-летия ССССР» (в наши дни СХП «Русское») был построен комплекс на 6000 голов нетелей, которые выращивались для крупных хозяйств области.

Мы также по праву гордимся тем, что вместе с департаментом сельского хозяйства и продовольствия сохранили репродуктивное племенное стадо мясного скота в Кирово-Чепецком и Верхошижемском районах (третий репродуктор создается сегодня в Немском районе).

Занимались также возрождением и разведением романовской породы овец на вятской земле. И с новыми силами собираемся возвратиться к этому сегодня, так как я твердо убежден, что без племенного овцеводства у российского Нечерноземья не слишком завидное будущее.


Кстати, когда в XVIII-XIX веках вовсю потешались над лапотником-крестьянином, многовековой опыт нелегкой трудовой жизни, в том числе и вятского крестьянства, обеспечивал ему самые высокие стандарты экологически безупречной одежды. Все нижнее белье – изо льна (да и батист для императорского двора, петербургских и московских модниц ткался из «северного щелка», и вятские купцы бросали якоря на пристанях Лондона!), верхняя одежда (шубы, тулупы, валенки) – из овчины. И даже лапти, подбитые свиной кожей, не промокали!

Конечно, я не предлагаю вернуться к лаптям, но вот льна и романовской овцы в области почти не осталось, и в масштабах нечерноземной зоны России проблема их восстановления пока решается крайне медленно.

В конце 80-х, когда я работал Генеральным директором Зонального научно-исследовательского института сельского хозяйства Северо-Востока им. Н.В. Рудницкого (НПО «Луч»), мы сознательно выбрали сложнейшее направление – семеноводство многолетних бобовых трав. В то время как производство семян зерновых культур в нашей области было отлажено достаточно хорошо (надо отметить, при постоянном контроле по партийной и советской линии и большой организаторской работе сельскохозяйственных органов управления), семеноводство же бобовых находилось в настоящем упадке еще с тех пор, когда Н.С.Хрущев объявил гонения на клевера.

Да, Никита Сергеевич боролся с травопольем, и в целом эта борьба закончилась его поражением. В то же время бывшему генсеку удалось серьезно подорвать селекцию и семеноводство трав и особенно – клеверов, началось настоящее гонение на коллективы ученых, работающих в этой сфере. Как отмечалось на Всероссийской научной конференции селекционеров и семеноводов по клеверу(в рамках творческого объединения селекционеров России – ТОС «Клевер»), проведенной в Кирове в 1991 году Всероссийским НИИ кормов им.В.Р.Вильямса: «В 60-е годы селекционно-семеноводческая работа с клевером и другими травами была практически полностью уничтожена, в настоящее время восстановлена лишь ее малая часть».

Тем более великое мужество потребовалось вятским селекционерам, чтобы в те тяжелейшие для науки времена остаться верными любимому делу и сохранить богатейший селекционный материал.

Ведь по количеству трав мы занимали второе место в Российской Федерации после Алтая. А вот семян клевера, повторяю, почти не осталось. Таким образом, в Кировской области после районирования сортов Кировский-159, Феленский-1 до районирования новых сортов прошло долгих 30 лет…

Вот почему я пишу, что нам пришлось практически с нуля начинать возрождение травопольной системы земледелия - основы основ плодородия почв сурового северного края, всей нечерноземной зоны России, особенно на современном этапе.

Действительно, до образования системы «Клевер» в регионе на долю бобовых и бобово-злаковых трав приходилось только 20 процентов общей площади посевов многолетних трав, а необходимо было 70-80 процентов. (В 1988 году из 673 тыс. гектаров бобовые и бобово-злаковые смеси высевались на 129 тыс. гектарах, то есть на 19 процентах площадей, а к началу третьего тысячелетия, по данным ЦСУ, бобовые и их смеси составляли уже 85-95 процентов).

Ежегодно из-за пределов области завозили 500-900 тонн семян, своих получали по 600-800 тонн. Таким образом, с 1983 по 1987 годы, в течение 6 лет до создания системы «Клевер» (1987г.) мы завезли в область почти 2841 тонну семян многолетних трав (по данным областного департамента сельского хозяйства). Еще хуже обстояло дело с посевами районированных сортов. Площадь сортовых посевов клевера в Кировской области составляла всего 61 тыс. гектаров, из них только 46 процентов было занято районированными сортами.

Сегодня, когда мы подводим итоги более чем 20-летней работы Ассоциации в рамках НПС, то делаем главный вывод: при активной государственной поддержке соединение науки и производства на договорной основе дает сельхозтоваропроизводителям реальную возможность овладевать достижениями современной науки, новыми технологиями, новой техникой.

Работа коллективов внедренцев НПС «Клевер» и «Луга и пастбища» ассоциации «Аэлита» при поддержке департамента сельского хозяйства и областного руководства, совместно со специалистами хозяйств всех форм собственности, а также райсельхозуправлений в целом позволила решить ряд сложнейших задач по организации семеноводства многолетних бобовых и злаковых трав, устойчивому производству грубых и сочных кормов для животноводства, внедрению идей биологизации земледелия, растениеводства и кормопроизводства в массовое сознание и практику земледельцев.

Первый этап

На первом этапе была поставлена задача восстановления семеноводства позднеспелых зимостойких сортов. И она была возложена на коллектив ассоциации.

Уже в конце 80-х годов мы заключили первые договора с двумя хозяйствами Яранского района. Это были совхоз «Энгенерский» и колхоз «Им. С.М.Кирова». (Кстати, когда я заведовал сельхозотделом обкома партии, мы вместе в П.В.Князькиным, заместителем начальника облсельхозуправления по растениеводству, уже начинали готовить базу для развития семеноводства именно в совхозе «Энгенерском», потому что там ее не было вообще.) И этот опыт работы впервые показал и доказал, что без специалистов науки внедренческая работа невозможна. В 1988 году мы приняли на работу в НПС «Клевер» первого научного организатора З.С.Шитову, которая преданно служила делу семеноводства все последующие годы.

Началась работа в опытных хозяйствах по производству элитных семян для продажи. Для этого мы укрепили материальную базу научной лаборатории по селекции многолетних трав Зонального института и Фаленской селекционной станции, где было создано сушильно-сортировальное хозяйство при участии сотрудников конструкторского бюро института. Выдающийся селекционер Е.В.Никифорова многие годы проработала практически в одиночестве. И в результате объединения усилий при НИИ Северо-Востока был создан отдел семеноводства многолетних трав, в первую очередь бобовых. Поэтому пришлось открыть лабораторию и в Фаленках, создав затем полноценный отдел, объединив обе лаборатории. Для укрепления кадрового состава пригласили выпускников биологических факультетов госуниверситетов.

Огромный объем работ был проведен на Советской станции по травам – директор Н.С.Печенкин и главный агроном Г.А.Печенкина, она же и научный организатор НПС «Клевер» по Советскому району. Отлично работал и работает до сих пор коллектив Нолинской станции по травам.

Также преданно и беззаветно служили делу специалисты, пришедшие к нам на помощь в районах области, А.М.Зыков (Яранск), Н.И.Жирнов (Малмыж), Н.А.Букатин (Тужа) и другие. Более 24 лет работал главным агрономом одного из крупнейших колхозов им. Дзержинского А.Г.Есюнин, позднее 10 лет руководил этим коллективом, последние 7 лет работал научным организатором ассоциации НПС «Аэлита» по Зуевскому району.


Действительно, высокие благородные цели привлекали к работе ассоциации самые высококвалифицированные кадры, из которых впоследствии был сформирован по-своему уникальный коллектив главных специалистов и научных организаторов «Аэлиты».

Почти все они начинали свой жизненный и трудовой путь на селе, в хозяйствах области. Позднее одни стали научными сотрудниками нашего Зонального института, другие - руководителями сельхозпредприятий, третьи нашли свое место в административных, хозяйственных органах.

На работу в НПС «Клевер», «Луга и пастбища» перешли талантливые ученые и специалисты. Среди них - В.М.Беляева (из департамента сельского хозяйства), В.Г.Шитов, А.М.Паюров, Т.Л.Юрлова (из сельхозотдела обкома КПСС), молодой специалист с «красным дипломом» В.Г.Корчемкин.

По сей день не покладая рук работают отличные специалисты, кандидат сельскохозяйственных наук И.Н.Прозорова, ученые и сотрудники НИИСХ Северо-Востока В.А.Прозоров, Н.Ф.Прокашева, Заслуженный агроном России В.В.Костицын, который, кстати, начинал работать агрономом в селе Светица Фаленского района (колхоз «Имени Я.М.Свердлова»), затем директором Фаленской станции по травам, потом в отделе кормопроизводства облсельхозуправления. Большой вклад в становление системы внесли заместители руководителя ассоциации В.А.Тупицын, Н.В.Актемежев (бывший комсомольский, партийный работник, долгое время работавший председателем Тужинского райисполкома), В.Г.Шитов, В.И.Тиунова. И сегодня системой «Луга» успешно руководит А.Е.Трапицын. С 2000 по 2009 год НПС «Аэлита» руководил С.Н.Киселев.

О каждом из этих товарищей можно долго рассказывать.

Например, с В.А.Тупицыным я познакомился еще в студенчестве. В то время он работал руководителем одного из крупнейших хозяйств Лебяжского района, где одной только пашни насчитывалось около 30 тыс. гектаров, и уже подготовил к защите серьезную диссертацию. Затем он трудился и в других районах области - директором Котельничского треста совхозов, первым секретарем Лузского и Фаленского райкомов КПСС, и, наконец, специалистом по внедрению достижений науки и передового опыта в облсельхозуправлении. А в то непростое время, когда я перешел на работу в областной Совет народных депутатов, В.А.Тупицын, по моей просьбе, возглавил и сохранил НПС «Клевер». Сегодня он руководит научным музеем Зонального института, который по праву считается одним из лучших ведомственных музеев в России.

…Мало осталось районов и хозяйств в Кировской области, где бы ни побывала В.И.Тиунова. Накопив огромный опыт работы в лаборатории по выращиванию картофеля, она создала научно-производственную систему «Картофель».

Когда в области еще и не помышляли о лизинге, коллектив ассоциации купил новейшую (по тем временам) технику, несколько комплектов оборудования по выращиванию картофеля, и передал их на 3 года в аренду хозяйствам Фаленского, Кильмезского районов. В течение какого-то времени они рассчитывались с нами продукцией, и В.И.Тиуновой приходилось месяцами жить вдали от дома, отгружать картофель в соседнюю Удмуртию. Полностью же организаторский талант Валентины Ивановны раскрылся тогда, когда она возглавила НПС «Клевер».

Велика и ответственна роль научного организатора непосредственно в работе с людьми, особенно - с опытными руководителями и специалистами. Он должен говорить с ними на одном языке, быть «своим человеком», а не приезжим консультантом. Так, например, добрым словом вспоминают В.М.Беляеву в Куменском, Верхошижемском, Слободском и Юрьянском районах, поддерживают с ней связь и после выхода на заслуженный отдых.

Н.Ф.Прокашева, после работы в хозяйстве, прошла настоящую «академию» жизни и труда у выдающегося селекционера по ячменю, Заслуженного деятеля науки России Н.А.Родиной. Затем работала 10 лет главным агрономом НПО «Луч», где в пяти опытных хозяйствах производилось от 5 до 7 тысяч тонн элиты, и, наконец, 10 лет - главным агрономом ассоциации НПС «Аэлита». Ей довелось работать в абсолютно различных по всем параметрам развития районах - Кирово-Чепецком, Богородском, Арбажском и Тужинском. И везде пригодился ее огромный опыт. Наверное, сложнее всего оказалось в Кирово-Чепецком районе. Когда крупнейший в Европе Кирово-Чепецкий химический комбинат работал на полную мощность и обеспечивал в полной мере потребности села в дешевых минеральных удобрениях, то местные животноводы использовали на корма только злаковые травы. Но когда удобрения стало выгодно продавать за границу и совсем «невыгодно» вносить на свои родные, вятские, поля, тогда-то и возникла насущная необходимость срочно облагородить поля злаковых трав современными видами и сортами бобовых трав, то есть заново освоить их семеноводство.

И Нина Федоровна вместе с главным агрономом, Заслуженным агрономом России Еленой Петровной Савиных, а также со специалистами и руководителями хозяйств района, организовала семеноводство многолетних трав всех необходимых видов.

На каких же принципах мы работали в то время? На договорной основе мы обеспечивали семенами 21 элитное хозяйство в области. Институт организовал питомники, наши опытные хозяйства (их тогда было 5, к сожалению, ни одного не осталось на сегодня в работоспособном состоянии) производили элитные семена и продавали элитхозам, которые затем их распространяли по колхозам и совхозам. Эта цепочка успешно работала на протяжении длительного времени.

Параллельно мы занимались подготовкой и обучением агрономических кадров. Большую работу в этом плане проводила М.И.Тумасова, научный руководитель НПС «Клевер», заведующая отделом селекции и семеноводства трав НИИСХ Северо-Востока им. Н.В. Рудницкого. Через ее «школу» прошло большинство специалистов агрономических служб. Такое же обучение мы проводили в Республике Марий-Эл, Удмуртии, в других регионах.

Чтобы эта цепочка не прервалась, при институте были организованы семинарские занятия для главных агрономов хозяйств, заключивших договора (или желающих заключить) с НПС «Клевер». В рамках семинара также прошли переподготовку 233 специалиста из колхозов и совхозов. Их обучали подбору участков, организации семеноводства, пчелоопыления, подготовке семян к посеву, технологиям уборки и сушки. Многие тогда отмечали, что клевер, вроде бы, с детства знакомая культура, требует серьезных научных подходов и практического опыта использования. Кстати, недельные курсы заканчивались совсем непростым экзаменом.

Проводились также многочисленные семинары непосредственно в районах области. После заключения договоров на научное обслуживание научные организаторы, работающие в районах, и главные специалисты, работающие в головном офисе, решали совместные задачи подбора участков, разработки технологической документации, обучения посеву низкими нормами высева от 5 кг и даже до 1-1,5 кг вместо 15-16 кг, высеваемых ранее.


В обязанности научного организатора входило так же обучение кадров механизаторов, особенно звеньевых. Зачастую мы их собирали не только в хозяйствах, но и для обмена опытом на уровне района.

Все наши специалисты были обеспечены транспортом, поэтому мы считались автономной, самостоятельной, организацией. Существовало железное правило: по вызову хозяйства наш специалист должен был прибыть на место в течение одного дня.

Между тем, работая в тесном контакте со специалистами районных управлений сельского хозяйства, мы оставались самостоятельными. У специалиста в течение года было два обязательных документа: агрономический отчет по итогам закладки семенных участков в весенний период и заключительный отчет по итогам года, остальные данные - в рабочем дневнике. Специалист обязан был отработать в хозяйстве в течение года не менее 5-6 раз, внедряя согласованную и утвержденную технологию.

Конечно, при снижении норм высева до 5 кг необходимо было провести огромную работу по переобучению и специалистов, и механизаторов.

Кстати, непременным условием вступления в НПС, была покупка нового комбайна, (так как на старых, изношенных комбайнах можно потерять почти весь урожай семян трав), или… необходимо было загерметизировать почти 5 десятков отверстий, через которые «вытекали» семена. До 1992-1993 годов проблем с приобретением комбайнов не существовало.

Следующим обязательным условием было обязательное пчелоопыление. Опыт, например, прибалтийских стран наглядно демонстрирует, что на 1 гектаре семенных участков клевера необходимо иметь в среднем 3-4 улья пчел.

Чтобы поднять эту работу на качественно новый уровень, в штат НПС был принят Б.Г.Орлов, который впоследствии стал руководителем областного пчелопрома. Создавались десятки новых пчелопасек, повсеместно внедрялись новые методы: вывоз пасек на семеноводческие посевы, дрессировка пчел для работы на клеверах. Пчеловодам-частникам за месяц работы на опылении выплачивалось 40 рублей за одну семью. (Например, в совхоз «Энгенерский» было вывезено более 400 пчелосемей из республики Марий Эл).

К сожалению, рыночные реформы надолго разлучили семеноводство клевера и пчелоопыление.

В результате мы вынуждены рекомендовать размещать ближе к пасекам пчеловодов-любителей семенные участки розового клевера, лядвенца, козлятника, люцерны, так как эти культуры - хорошие медоносы.

Возможно, и сегодня необходимо более активно привлекать к развитию пчеловодства различные кооперативы, параллельно прорабатывать вопросы финансовой, материальной поддержки в рамках федеральной целевой программы, подпрограммы «Сельское подворье» областной целевой программы «Развитие малого предпринимательства на 2006-2009 годы».

Вот таким образом на первом этапе начинала работать и развиваться научно-производственная система. И мы применяли именно системные и многоплановые подходы в работе.

Именно тогда была реализована наша главная идея: клеверам Нечерноземья – научное обеспечение и государственную поддержку.

Госагропром Нечерноземной зоны РФ выделил семеноводческим хозяйствам большое количество электрокалориферов, комплексов для сушки вороха КСПЛ-0,9, ВПТ-600 и ТАУ, немецких кормоуборочных комбайнов, машин для очистки семян, тракторов МТЗ-82. Делу возрождения вятских клеверов было придано действительно государственное значение: предусматривалось выделение 30 тонн комбикормов за каждую сданную государству тонну семян клевера. Это послужило мощным дополнительным стимулом для развития семеноводства.

Только в 1993 году за счет кредитов НПС «Клевер» были приобретены 51 ТАУ-1,5 и 10 тыс. кв. метров металлической сетки. В течение года построено 54 напольных сушилки и запущено в работу еще 13 КСПЛ-0,9.

И здесь важно подчеркнуть, что все кормовое поле Кировской области при посевах клеверов опиралось на наши позднеспелые зимостойкие высокоурожайные сорта. Вместе с тем их существенным недостатком был растянутый период цветения, созревание приходилось на сентябрь-октябрь, когда погода вятских крестьян, мягко сказать, не радует. Поэтому отличного урожая семян можно было ожидать раз в пять лет. В остальные годы – среднего и… никакого. Таковы реалии.

К тому времени мы уже знали немало раннеспелых сортов, выведенных в южных районах России, однако в условиях Кировской области они были непригодны – вымерзали после первого года пользования.

Вот почему восстановление и налаживание в 1988-1995 гг. семеноводства высокоурожайных сортов зимостойких клеверов Кировской селекции и местных кряжей мы называем главным итогом первого этапа. Напомню, что те 4 тысячи тонн семян клевера и люцерны (кстати, семеноводство люцерны на юге нашей области было восстановлено также на первом этапе и продолжает развиваться там и по сей день), которые мы получили в 1995 году, это были старые хорошие зимостойкие сорта и местные кряжи. Но в то же время вся наша дальнейшая работа показала, что такой урожай был уникальным. Отличная погода, относительное наличие техники – уже тогда мы могли намолотить в полтора раза больше семян. И все-таки нехватка техники не позволила этого сделать.

Рекордный урожай 1995 года

Летом 1995 года, когда Вятская аграрная наука отмечала свое столетие, коллективом Ассоциации научно-производственных систем, предприятий и хозяйств области «Аэлита» совместно с учеными-селекционерами Зонального НИИСХ Северо-Востока им.Н.В.Рудницкого и Фаленской селекционной станции была издана книга «Вятские клевера». (Ее выпуск был также приурочен к выездному заседанию Российской Академии Сельскохозяйственных наук, которое состоялось в Кирове). В ней был достаточно подробно освещен опыт выведения и внедрения в сельхозпроизводство Кировской области уникальных высокоурожайных позднеспелых сортов вятских клеверов, представлена агротехника и особенности семеноводства других бобовых культур.

Но, издавая «Вятские клевера», мы еще не знали, что осенью того же года мы выполним амбициозную задачу, поставленную Госагропромом России по Нечерноземной зоне во исполнение Протокола совещания у Председателя А.В.Алексанкина. Амбициозность задачи заключалась в том, что по всем канонам аграрной науки зона промышленного семеноводства находилась южнее Нижнего Новгорода, Казани, то есть - 400-600 км южнее Кировской области. А мы обеспечили создание устойчивой базы промышленного семеноводства на 400-600 км севернее, и сейчас эта зона простирается почти до Сыктывкара.


Итак, получив в 1995 году рекордный урожай - более 3800 тонн семян клевера и около 400 тонн семян люцерны, мы были убеждены, что на будущий год хозяйства области запланируют подсевы многолетних трав как минимум на 250-300 тыс. гектарах. Между тем, получив 19 процентов от валового сбора семян клевера в Российской Федерации и выйдя на первое место, имея поистине бесценное богатство в своих руках, планы крестьян, увы, остались на прежнем уровне и составили порядка 120 тыс. гектаров…

Восстановление семеноводства - не самодостаточная задача. Его цель – создание прочной кормовой базы для животноводства. Тогда перед нами встал вопрос: а во имя чего же мы работали? И вновь пришлось доказывать прописные истины: по В.Р.Вильямсу, при десятипольном севообороте мы должны подсевать одно поле, то есть 10 процентов от общей пашни. В середине 90-х в Кировской области под пашню отводилось около 2 млн. гектаров. Арифметика простая: минимум 200 тыс. га необходимо подсевать.

И тогда пришлось снова идти в облсельхозуправление с вопросом о пересмотре планов подсева многолетних трав. Научные организаторы «Аэлиты», специалисты-внедренцы засучив рукава, снова принялись за дело. Мы в который раз объехали около 300 хозяйств области и сумели убедить руководителей и специалистов выйти на общий подсев порядка 220 тыс. га. (В течение последующих семи лет в области через поле бобовых и бобово-злаковых многолетних трав прошло почти 1,5 млн. га пашни, так было в то время создано самое большое  (более 700 тыс. га) и самое молодое клеверное поле Нечерноземья).

Это позволило создать прочную кормовую базу, раздвинуть сроки уборки с учетом разных периодов созревания новых и старых сортов, не допустить обвального спада производства зерна.

Но уже в том судьбоносном 1995 году мы четко представляли себе, какие беды несут вятскому крестьянству уничтожение крупного товарного производства, повсеместная фермеризация, от финансовой поддержки которой государство также впоследствии отказалось. В такие переломные этапы, когда жизнь для крестьянина становится невыносимой, когда государство полностью отворачивается от решения экономических и социальных проблем тружеников села, то сохранение, стабилизация плодородия почв становится главным, важнейшим фактором для выживания сельхозпроизводства и крестьянства в целом.

Именно в тот период родилась идея, сформулированная несколько раньше, идея массового перехода на биологическую систему земледелия с короткой ротацией культур в севооборотах, предельно насыщенными бобовыми многолетниками (с ежегодным подсевом не менее 15 и до 20-25 и даже 30 процентов от используемой пашни в зависимости от степени интенсивности ведения хозяйства) с их удивительным свойством – обогащать почву питательными веществами, прежде всего главным стимулятором роста – азотом, поглощаемым из атмосферы и преобразуемым в доступные для других растений формы. Ключом к решению проблемы явился как раз мощный научный прорыв селекционеров Всероссийского института кормов им. В.Р.Вильямса, Зонального НИИСХ Северо-Востока и Фаленской селекционной станции, занимавшихся выведением раннеспелых высокопродуктивных зимостойких сортов клеверов.

Логика здесь была простой: если мы хотим пропустить всю пашню за 5 лет через клеверное поле, чтобы насытить почву биологическим азотом, органическим веществом, снизить до минимума ветровую и водную эрозию, получать экологически безопасную продукцию, то надо подсевать как минимум 20 процентов пашни ежегодно.

К сожалению, в масштабах области мы так и не вышли на этот показатель, но передовые хозяйства в Белохолуницком, Санчурском, Яранском, Уржумском, Пижанском, Зуевском, Немском и других районах сумели его достичь и даже превысить. На их базе был создан областной «Клуб 19-ти», в который вошли девятнадцать сельхозпредприятий, подсевавших от 20 до 30 процентов многолетних бобовых трав.

На самом высоком уровне организовали работу по стабилизации почвенного плодородия Е.П.Оносов, работавший начальником райсельхозуправления, а потом и главой Тужинского района, и главный агроном А.И.Токарев. Вместе со специалистами ассоциации были составлены и успешно выполнялись два пятилетних плана по освоению семеноводства многолетних бобовых трав. В районе, одном из первых в области, на скудных тужинских землях прижились и люцерна, и лядвенец, и козлятник, и все новые сорта клеверов. Настоящими опорными пунктами «Аэлиты» стали агрономические службы местных колхозов – «Ударника», «Победителя» (в наши дни – СХП «Новый»), «Имени В.И.Ленина», «Дружбы». Здесь в полной мере раскрылся талант замечательных растениеводов Заслуженного агронома России Г.И.Ахтулова и научного организатора ассоциации Н.А.Букатина, к сожалению, рано ушедших из жизни. Самый первый опыт запашки сидератов – цветущих клеверов был продемонстрирован главным агрономом «Победителя» С.А.Головиным (в наши дни руководит СХП «Новый»).

Опыт тужинских руководителей и специалистов был обобщен на выездной коллегии облсельхозуправления с участием всех начальников райсельхозуправлений и рекомендован для повсеместного внедрения. Решением коллегии областного департамента сельского хозяйства была утверждена нормативная база, без которой мы и сегодня не мыслим внедрения и развития семеноводства в любом отдельно взятом регионе. В ее основе всего несколько цифр и тезисов: каждое хозяйство (не считая семеноводческих), которое желает заниматься семеноводством многолетних трав и обеспечивать себя семенами, должно подсевать не менее 15-25 процентов пашни ежегодно в зависимости от интенсификации сельхозпроизводства, закладывать семенные участки не менее 3-4 процентов, иметь участки раннеспелых сортов и видов не менее 1,5-2 процентов.

Таким образом, при поддержке администрации области и департамента сельского хозяйства мы вышли на нормативный метод планирования, и, забегая вперед, отмечу, в хозяйствах, сотрудничающих с нами, решили задачу доведения площадей под раннеспелыми сортами и культурами до 40 процентов.

Особенности второго этапа

Второй этап характеризуется продолжением семеноводства наших позднеспелых сортов и ускоренным размножением новых зимостойких ранне- и среднеспелых сортов.

Под руководством А.С.Новоселовой, выдающегося селекционера из Всесоюзного института кормов, нашими селекционерами Е.В. Никифоровой, М.И. Тумасовой и другими были выведены ультраскороспелый сорт Трио, во ВНИИ кормов – Ранний-2, и наш замечательный среднеспелый – Дымковский, ускоренное размножение которых началось с 1995 года. (Сорт Трио районирован в регионах, областях и краях).

Кстати, именно за это группа ученых Всесоюзного института кормов и нашего НИИ Северо-Востока впоследствии (в 1999 году) была удостоена Государственной премии РФ в области науки и техники. Это – А.С.Новоселова, Б.П.Михайличенко, М.Ю.Новоселов, В.С.Малашенко, Н.И.Переправо, М.И.Тумасова, Е.В.Никифорова, Н.П.Киселев. Практическая значимость их научной работы – «Сорта клевера нового поколения – основа устойчивого кормопроизводства и биологизации земледелия Нечерноземной зоны России» - выходит за рамки обычных представлений о научной разработке, удачно внедренной в производство. Авторский коллектив предложил по существу не что иное, как эффективный способ выживания сельскохозяйственного производства в условиях жесточайшего системного кризиса, поразившего страну в последнем десятилетии XX века.


Кроме того, труд селекционеров, научных организаторов в районах области, всего немногочисленного коллектива ассоциации и составляющих ее НПС был отмечен двумя десятками серебряных медалей и одной золотой Всероссийского выставочного центра (бывшей ВДНХ), ценными подарками, почетными знаками и министерскими грамотами.

Итак, к 1995 году у нас были выведены новые высокоурожайные зимостойкие сорта клеверов с коротким вегетационным периодом. Для того чтобы показать преимущества разных сортов и сроков их цветения были отведены опытные делянки в 24 районах области, заложены показательные площадки. (Кое-где уже высевался лядвенец рогатый и даже козлятник восточный). Вятский крестьянин (и не только вятский!) довольно консервативен: ему надо своими глазами увидеть, что у позднеспелого клевера еще не началась бутонизация, а раннеспелый уже цветет. Поэтому его нужно было привести на опытное поле и показать. Что мы и делали. После чего и началось активное размножение раннеспелых сортов в нашей области, а затем и в соседних регионах.

Наша задача заключалась в том, чтобы развернуть семеноводство раннеспелых сортов в быстром темпе, с целью создания кормового конвейера. Убирать клевера одного сорта надо было в течение 10 дней. Конечно, мы с этим не справлялись и получали корма низкого качества. Но как раз освоение семеноводства ранне- и среднеспелых сортов, плюс - позднеспелых, позволило создать зеленый белковый конвейер, когда мы могли спокойно проводить первый укос в течение 2-3 недель, а, учитывая, что раннеспелые сорта дают прекрасный второй укос, период заготовки кормов продлевался до 45-50 дней. Это и позволило руководителям и специалистам впоследствии создать прочную кормовую базу, стабилизировать производство кормов по годам, значительно улучшив их качество.

Особенно быстро переняли наш опыт пермские коллеги. И сегодня я считаю, Госпремия была вручена нашему научному коллективу не только за выведение новых сортов, но, вне всякого сомнения, и за их эффективное внедрение в регионах Нечерноземья.

В то же время мы всегда понимали, что семеноводство клеверов всегда было и будет неустойчивым, так как напрямую зависит от природных, климатических условий. А стратегическая задача создания страхового фонда семян не решена и по сей день.

Получить качественное сено из клеверов без активного вентилирования невозможно. Резко росли цены на электроэнергию, горючее. И хозяйства вынуждены были отказаться от активного вентилирования.

Вот почему, внимательно изучив предыдущий научный опыт, мы и остановились на двух новых бобовых культурах, имеющих определенные преимущества перед клеверами. С 1995 года в агрономических отчетах ассоциации НПС «Аэлита» появились первые килограммы лядвенца рогатого (лучшее сено) и козлятника восточного (лучшая зеленая подкормка). И сегодня уже все соседние регионы признали ценность этих культур. Но еще раз замечу, лядвенец как раз адаптирован к нашим кислым почвам, азотфиксация начинается даже при кислотности PH 4,2, при которой всходы клевера угнетаются, а люцерна даже не всходит. То есть при этой кислотности мы можем накопить 100 кг биологического азота, и это действительно уникальная культура. Во-вторых, сено из лядвенца даже лучше, чем из люцерны, но вместе с тем во всем мире люцерна была и будет культурой номер 1 среди многолетних бобовых трав.

Производство лядвенца рогатого и козлятника восточного пришлось разворачивать быстрыми темпами. Последний – культура высокоурожайная, немалый опыт работы с которой был накоплен у В.А.Фигурина, доктора сельскохозяйственных наук, сотрудника НИИ Северо-Востока. Безусловно, заниматься козлятником восточным под силу экономически крепким хозяйствам. На юге области он зацветает рано – в конце мае, в то время, когда ни одна культура, кроме, пожалуй, озимой ржи, не способна служить сырьем для подкормки. Но ее сеять необходимо каждый год. А козлятник – культура многолетняя, как минимум до 10 лет пользования.

В результате кропотливой внедренческой работы за эти годы произведено более 900 тонн семян лядвенца и около 700 тонн семян козлятника, что в принципе позволяет иметь в посевах более 100 тыс. га первой культуры и 30 тыс. га – второй.

К 2006 году поле многолетних трав насчитывало порядка 480 тыс. га, в том числе 60 тыс. га люцерны, 60 тыс. га лядвенца и козлятника, остальное – клевера и бобово-злаковые смеси. И это уже гарантия стабильности, особенно для крупных животноводческих хозяйств.

На втором этапе мы вплотную занимались внедрением систем кормопроизводства, вместе со специалистами отдела животноводства областного департамента проводили многочисленные семинары в районах и впервые стали приглашать на них (особенно на базе Луго-болотной опытной станции у В.М.Косолапова) главных агрономов и главных зоотехников хозяйств вместе с руководителями. Как ни странно, и тем, и другим надо было разъяснять необходимость совместной конструктивной работы. Потребовались огромные усилия по преодолению психологических барьеров, ломке устоявшихся стереотипов, потребовался реальный переворот в сознании специалистов для усвоения, казалось бы, простых истин. Но, в конце концов, они стали сообща вникать в разработки внедренцев и брать их на вооружение. И это важно, так как зоотехники делают заявки на объем, ассортимент и качество кормов, а агрономические службы обеспечивают их реализацию.

Особенно сложно было научиться запахивать цветущие клевера. Но и это необходимо было делать, чтобы уйти от нищенских урожаев и выращивать на своих тощих супесях и суглинках добрые хлеба, чтобы накормить скотину и обеспечить высокую продуктивность молочного стада. Когда перестают вывозить навоз на поля, удобрять их торфом, использовать солому в качестве сидерального удобрения, то на передний план выходит клевер. Сегодня десятки хозяйств имеют опыт запашки цветущих клеверов под озимую пшеницу и рожь. И результаты очевидны: достаточно сказать, что более 100 сельхозпредприятий области, где, по крайней мере, два последних года доят от четырех до семи с лишним тысяч килограммов молока в расчете на корову, прошли школу «Аэлиты».

Действующая в составе ассоциации НПС «Луга и пастбища» по договорам с 93 хозяйствами разработала проекты долголетних культурных пастбищ общей площадью свыше 10 тысяч гектаров, став, по сути, основным исполнителем соответствующей областной целевой программы, осуществлявшейся в 2001-2003 годах.

К 2010 году поголовье коров (дойное стадо) в общественном секторе сократилось с 280 тысяч до 90 с небольшим тысяч голов. В частном секторе наблюдается еще большее сокращение. Тем не менее, по-прежнему необходимо научиться высевать не менее 200-220 тысяч гектаров многолетних трав ежегодно, то есть увеличивать объемы подсева в два раза по отношению к сегодняшнему дню. В том числе 80-90 тысяч га необходимо высевать именно в занятом пару, чтобы можно было запахивать клевера для получения устойчивых урожаев озимой ржи и озимой пшеницы.

Таким образом, закладывались основы для принятия Закона Кировской области от 30.06.2002 г. «О сохранении плодородия земель сельскохозяйственного назначения Кировской области на основе биологизации земледелия» и утверждения Постановлением Правительства Кировской области от 05.07.2005 г. областной целевой программы «Растениеводство – 2008».


Во имя сохранения плодородия

Вся наша работа была, есть и будет – во имя сохранения плодородия имеющихся почв, а также во имя сохранения всей пашни, как основного средства производства на селе. Я не сгущаю краски, когда говорю, что через 3-4 года необрабатываемая вятская земля зарастает. В начале 90-х годов вятские крестьяне владели одним из самых больших в нечерноземной зоне пахотным полем, которое насчитывало более 2,4 миллиона гектаров. Нынче уборочные площади сократились втрое… Поголовье КРС в сельхозорганизациях, я уже об этом сказал выше, также упало в три раза.

Кому же сегодня выгодно сохранить пашню? Логично было бы ответить, что самому крестьянину. Но, увы, за 15-20 лет реформ земля так и осталась бесхозной, и никакого стимула бороться за нее у крестьянина - нет! Во всяком случае, у большинства крестьян, за исключением незначительного количества стабильно работающих коллективов во многих регионах Нечерноземья и районах нашей области. Какие-то перспективы в этом плане отсутствуют и в федеральной программе «Развитие сельского хозяйства до 2012 года».

Таким образом, вся тяжесть ответственности перекладывается на региональные власти. Им решать, как с наименьшими затратами сохранить наши почвы. Но в то же время аграрии прекрасно понимают, что ни один бюджет – ни федеральный, ни областной – не вытащит село из той пропасти, в которой оно оказалось.

И в этих условиях консервация неиспользуемой пашни должна бы стать национальной программой для российского Нечерноземья. Коллектив Ассоциации внес свои предложения руководству области еще несколько лет назад. Они учитываются и сегодня при принятии областной целевой программы «Развитие агропромышленного комплекса Кировской области на период до 2015 года».

В первую очередь, речь идет о создании областного фонда семян многолетних трав и специализированной МТС на базе импортной техники для их уборки.

Создание страховых фондов являлось важнейшей задачей с первых дней работы НПС. Они начинали формироваться, что называется, «по килограммам», причем полностью за счет собственных средств. Лишь через 10 лет после создания системы областной департамент сельского хозяйства пошел нам навстречу, но созданный страховой фонд (фонд ускорения, как он тогда назывался) имел совершенно другое предназначение – с его помощью планировалось провести ускоренное размножение новых сортов и видов бобовых трав.

В течение 7 лет ассоциации было выделено 15 млн. рублей в виде минеральных удобрений, которые по договору распределялись в хозяйства области. Ассоциация в свою очередь выделяла им семена на возвратной основе, а потом на величину суммы получала их обратно и вновь выделяла семена в хозяйства. В целом, еще до создания страхового фонда на сельхозпредприятия области было отправлено около 350 тонн семян многолетних трав, а с 1997 по 2002 годы 813 хозяйств получили 801 тонну семян.

Для эффективной работы со страховым фондом была создана собственная материальная база: дополнительно к гаражу построены два склада на 400 тонн, барабанная сушилка (кстати, далеко не самый лучший вариант для сушки ценнейшего материала), сортировальный комплекс из простейших машин «Петкус-селектра», пневмоколонки, клеверотерки и скарификатора. (У его руля встал талантливый агроном-семеновод Владимир Александрович Прозоров, который постигал азы семеноводства вместе с Ириной Николаевной Прозоровой в Зуевском районе более 40 лет назад, затем трудился в лаборатории селекции и семеноводства многолетних трав института, неутомимо работает и сегодня и выдает семена самых высоких кондиций).

Таковы, собственно, рычаги для консервации значительной части необрабатываемых земель в области. Кстати, именно по этой теме и проходили первые депутатские слушания в Законодательном собрании Кировской области. Тогда депутатов-аграриев сразу же упрекнули в неуместном лоббировании интересов крестьян. Но наше требование о выделении не менее 5 процентов бюджетных средств на нужды села остается неизменным. Без этого финансового минимума невозможно приступить к реализации ни одного начинания. Надо отметить, что его подтвердила группа ученых НИИ Северо-Запада Российской академии сельскохозяйственных наук, которая разрабатывала указанную программу для кировчан.

К сожалению, эти предложения не приняты до сих пор, а последняя резолюция гласит, что страховые фонды нужно создавать непосредственно в хозяйствах. Однако опыт показывает, что таким образом мы только теряем рынок семян, в то время как централизованный фонд в объеме 2-2,5 тысяч тонн семян позволит его сохранять и стабилизировать. Определенные надежды мы связывали с принятием федерального закона «О семеноводстве», который позволит регионам создавать страховые фонды на правовой основе. Но время уже упущено, если вчера цена вопроса составляла 70 млн. рублей, то сегодня – 270 млн. рублей.

В целом, что касается консервации, то уже в первых документах 90-х годов, когда стали резко сокращаться посевные площади зерновых культур, поднимались вопросы о судьбе пашни, выходящей из оборота. Уже тогда нами было предложено высевать лядвенец для консервации неиспользуемых сельхозугодий. Что и было прописано в областной программе «Растениеводство – 2008».

В 1993 году автор этих строк сделал основной доклад по теме сохранения плодородия почв на одной из первых областных научно-практических конференций, которые впоследствии стали проходить регулярно. (Подготовку и организацию этих конференций всегда берет на себя большой энтузиаст своего дела, бывший заместитель начальника облсельхозуправления, ныне начальник отдела растениеводства А.А.Чикилев). Как раз на них бурно обсуждалась реализация идей биологизации. Спустя некоторое время в области стали регулярно проводиться Дни поля, на которых также поднимались эти и другие проблемы.

Но данная работа имеет смысл тогда, когда в области будет принято решение (это задача правительства области, областных депутатов) об увеличении посевных площадей для зерновых культур как минимум на 100 тыс. га, увеличении посевных площадей для многолетних трав до 600-700 тыс. га. При этом площадь части деградированной пашни под консервацию составит около 70-100 тыс. га. В противном случае наши предки, оставившие нам в наследство 2,5 млн. гектаров пашни, отвоеванной у тайги, вряд ли простили бы нас.

(Продолжение следует)